Об особенностях современных международных отношений, методах и видах распространения деструктивной информации в молодежной среде и социальной инженерии рассказала политолог, эксперт по деструктивному влиянию социальных сетей и информационным войнам, глава информационно-аналитического центра «Граница настоящего», секретарь-координатор Кавказского геополитического клуба Яна Амелина.
- С чем мы сталкиваемся на сегодняшний день. На данный момент мы можем констатировать, что наша страна находится в ситуации мирового противоборства. Существование нашей страны как мощного государства, как геополитического центра, центра многополярного мира (он еще не сформировался и формируется на наших глазах) — всё это вызвал Запад. Взгляд Запада на нашу страну в течении многих лет, и даже столетий, не изменяется. Помните Крымскую войну? Сейчас довольно трудно представить массовую высадку объединенного британо-французско-турецкого десанта в Крыму. Но это было. Это — только один из массовых примеров преемственности западной позиции в отношении нашей страны.
Почему волновал Крым тогда и почему волнует сейчас? Мы просто открываем карту и смотрим на географическое положение этого «непотопляемого авианосца» России. Война за проливы, война за ресурсы, война за геополитические ресурсы. Такой конкурент как Россия должен быть ослаблен. Лучше всего, конечно, уничтожен, но уничтожить нас не так-то просто. Неслучайно, мы — самая большая страна в этом мире. Как же с нами нужно поступать? Желательно, контролировано расчленить. Почему контролировано? Потому что у нас ядерная бомба до сих пор и ядерное оружие является серьезным сдерживающим фактором. Будем надеяться, что и в дальнейшем будет являться таковым, несмотря на то, что в последнее время очень много разговоров о том, что ядерная война — это неопасно, нестрашно, и вообще, чуть ли не нормально. Эти разговоры ненормальны. Поэтому неконтролируемый распад — это опасность для всего мира. Оккупировать нас невозможно. Нашу страну не то что оккупировать, её проехать практически невозможно. Поэтому специальная военная операция — это только триггер. Она просто проявила те проблемы, которые давным давно скапливались вокруг наших рубежей. Не только географических, но и духовных, ментальных. Украина здесь является всего лишь исполнителем воли Запада. Именно на этом фоне и разворачивается пропаганда деструктива, идеология и практика самого разного толка. И это является большой проблемой для нашей национальной безопасности. Эти проблемы характерны и для Запада тоже и многие из них к нам с Запада и пришли.
Что происходит здесь и сейчас? Новые методы социального инженеринга. Мы видим радикализацию либерального и националистического протеста. Мы видим прямое вовлечение людей в диверсионно-террористическую деятельность: включая такие террористические организации, запрещённые в России как: «Колумбайн» (школьная стрельба), «Сваттинг» (лжеминирование) и т. д. Мы видим возрождение радикального исламизма именно как извращение настоящего ислама. Сейчас «цыганский гипноз» практически ушёл в прошлое. Что это было? Цыгане прекрасно овладели техникой гипноза. Эта техника применялась в живом общении с человеком. Цель была всегда одна - чтобы он отдал материальные ценности, которые у него есть. Человека подводят к тому, чтобы сделать что-то, идущее вразрез с его интересами, но делает он это добровольно. Есть ли здесь состав преступления? Получается, что и нет. Но ничто не стоит на месте и общество тоже. Технология пошла дальше. Стали известны истории о вовлечении детей в суицидальные сообщества. Некоторые такие сообщества до сих пор существуют во «ВКонтакте» и «Телеграм». Но уже тогда стало ясно, что отрабатываются не только доведение неустойчивых несовершеннолетних подростков до совершения таких страшных вещей. Главная задача — не только эта. Если ты можешь довести человека до суицида, то ты можешь довести его до чего угодно. Это выход на совершенно другой уровень. Он стал возможен именно сейчас. Отработанный примитивный скрипт стал отрабатываться еще лучше и, после начала СВО, перешел на новый уровень. Вовлечены в это сейчас десятки или сотни тысяч человек. Мы видим массовые атаки мошенников и переход от отъема денежных средств к вовлечению непосредственно в террористическую операцию. То есть, как мы и думали, всё это было подготовкой к более серьезным вещам. Известны случаи, когда у людей не только забирали все деньги, заставляли взять огромные кредиты, но и издевались над ними: заставляли делать татуировки в поддержку Украины и т. д.
Что происходит с людьми, которые совершают такие безумные вещи? У нас нету на этот вопрос ответа. Как это делается — нам пока не очень понятно. Это очень плохо. На 2024 год мы видим, что атаки такого рода становятся всё более адресными. Идёт работа по конкретным целевым аудиториям. Больше всего это напоминает сдачу курсовой работы. Атаки становятся более подготовленными, идёт предметный сбор информации о жертве, сценарии обмана становятся всё более изощренными. Примитивные темы с якобы звонками родственника, которые работают до сих пор, пополнились такими вариантами, какие мы даже представить себе не можем. Нам не нужно пытаться разобраться в сценарии обмана, потому что они всегда придумают какой-то другой сценарий. Всё это становится всё более опасно. Вспомним серию известных случаев, которые были вызваны таким социально-психологическим манипулированием и произошли 15-17 марта на выборах. Когда мы увидели первые инциденты на избирательных участках, они чётко делились на две категории: заливали избирательные бюллетени зеленкой и совершали попытки поджога избирательного участка. Ещё страшнее и ужаснее было посмотреть интервью женщины, которая это сделала. Пенсионерка, радостно улыбаясь, говорит: «Я совершаю эту специальную сжигательную операцию ради победы наших ребят в специальной военной операции. За Донбасс и за Луганск!». То есть человек пошёл на серьёзное военное преступление будучи замороченным настолько, что был уверен, что делает это в интересах нашей страны. Если бы эта женщина была такой одна… но нет. Мы видим ряд аналогичных, абсолютно похожих ситуаций, которые делятся на зелёнку и такие вещи. Ну что это как не сдача диплома? Кого мы сможем подвести к совершению такого акта: пенсионерку, молодую девчонку, учительницу, сотрудника правоохранительных органов в отставке… то есть, говорят эти люди, мы можем подвести к этому практически любого человека. Здесь мало думать о себе, что ты такой умный. Эти люди были не глупее нас. Тем не менее, оказались вот в такой ситуации. Много людей оказалось в такой ситуации. Не стоит думать: «А вот нас-то не обманут». Часто слышишь о попытках «переговорить» телефонных мошенников. Так делать не нужно по одной простой причине — мы помогаем этим совершенствовать их скрипты. Обман, манипуляции — людей делают террористами поневоле. Они и не собирались становиться какими-то идейными преступниками, но отвечают в итоге за свои поступки как и идейные преступники. Смотреть на них в суде — всегда грустное зрелище. Ты видишь человека, который не понимает как оказался на скамье подсудимых. По-человечески таких людей очень жалко. Представим иную ситуацию: этот человек, обработанный вот так, пришел не на избирательный участок с зеленкой, а с самодельным взрывным устройством в детский сад. Вот тут нам будет его не так уж и жалко, если он приведет свой план в исполнение. Это не должно казаться нам чем-то невозможным. Мы видим как увеличивается количество убийств именно маленьких детей. Будем надеяться, что всё обойдётся, но это то, что нам всем нужно иметь в виду.
Как же так получилось, что это именно сейчас стало происходить? У меня в детстве был телефон серо-зелёного цвета. Мы по нему звонили и нам звонили, когда родителей не было дома. Считалось очень прикольным названивать по случайным номерам и спрашивать Адольфа. Естественно, имея в виду Адольфа Гитлера. Нам это казалось смешным. В основном отвечали, что таких нет или ошиблись номером, а мужчины грозились. А нам - смешно. Ха-ха-ха! Как ты нас найдёшь? Но вцелом смешного мало. Найти человека можно было и тогда. По этому старому телефону мы всегда могли закончить разговор, положив трубку. Всё! Мы не прикованы к нему. По телефону мы могли передать только прямое речевое сообщение. Современные социальные сети занимают всё наше время и полностью владеют нашим сознанием. Современный телефон овладевает нами. После того как мы перешли от старого телефона к социальным сетям появилось то, что мы сейчас обсуждаем. И я думаю, что пути назад уже нет. Отключение интернета и переход обратно на проводное телефонное сообщение, конечно, никого не устраивает. Это — работа «в тёмную». Существует и работа, которая ведётся открыто, работа по убеждениям. Нашими геополитическими соперниками написаны целые книги по развалу России. Украинская организация перевела книгу Олега Магалецкого на русский язык. Почему? Потому что те, кто это делал говорят по-русски и рассчитывают на русскую аудиторию. Там написано как нужно разваливать нашу страну на части. Кстати, и Владимирской области там уделено внимание. Россию нужно развалить на 41 государство. Почему 41? Я до сих пор теряюсь в догадках. Они так решили. Описываются проблемы, межрегиональные, межнациональные и межрелигиозные противоречия. Это говорит о том, что люди плотно сидят в наших социальных сетях. Потому что дорога в Россию им закрыта, против автора ввели персональные санкции, но сейчас это никакой роли не играет. Сейчас и по социальным сетям можно сделать довольно внятный слепок того, что происходит у него в регионе. Это и есть разведка по открытым источникам. Ведь известно, что до 90% информации разведчики получают из открытых источников, а сейчас — из интернета, где каждый о себе выкладывает какую-то информацию. Получать информацию становится всё легче. Чем больше какая-то идея появляется в общественном пространстве, тем более легкой и доступной для понимания она становится. Это — пресловутое окно Овертона. То, что сначала кажется совершенно невозможным, после 100-кратного повторения становится допустимым, после ещё 100-кратного — почти нормальным, после ещё 100-кратного — общеизвестным фактом. И именно на это они и рассчитывают и открыто об этом пишут.
Специалистами было подмечено задолго до начала специальной военной операции, что школьные расстрелы в России запрещённой в РФ террористической организацией в значительной степени контролируются и направляются украинской стороной. Украина собственных социальных сетей не имеет. Ребята с Украины сидели в основном во «ВКонтакте» и «Discord». Сколько нападений на школы было в России? Несколько десятков. Несколько сотен было предотвращено. Сколько таких нападений было на Украине? Ни одного. Вообще ни одного. Как сказал наш Президент и как мы сами знаем из собственного опыта, между украинцами и русскими разницы особой нет. Мы — братские народы. Почему же такая разница появилась? Как так вышло, что у нас россияне берут в руки оружие и идут расстреливать своих однокурссников и одноклассников, а на Украине такого не произошло. По одной простой причине, что они всё это сами и направляли. Лжеминирования, с которыми столкнулись университеты. Это было везде, абсолютно по всей стране. Они тоже контролируются и возглавляются украинской стороной. Здесь всё абсолютно задокументировано.
Что обсуждается в закрытых каналах? Там, где планируются все эти акции. Например, такой диалог: «Давайте сообщим о минировании колледжа. Они выскочат на улицу, а снайпер накроет их с верхних этажей. А в толпе будут взорваны взрывные устройства». Вот те планы, которыми они делятся в открытых источниках, что уж говорить о закрытых!? Это всё — только отработка технологий, которые могут быть дополнены гораздо более серьезными акциями и поэтому нужно быть вдвойне бдительным.
Что нам всему этому противопоставить? Часто говорят, что надо развивать критическое мышление. Я хочу сказать, что сейчас это не работает. Имея достаточно большой опыт, я не всегда уверена, что я отличаю реальность от фейка. Особенно - в информационном пространстве. Что говорить о людях, которые имеют меньше опыта, в том числе жизненного? Мы не говорили о совсем юных наших согражданах. У нас у всех есть дети, младшие братья и сёстры, и ситуация с ними ещё более опасная. Несовершеннолетний не может в полной мере осознавать того, что он делает. Сейчас, к сожалению, нарастает поток попыток вовлечь в заинтересованную террористическую деятельность совсем маленьких детей. Они могут выступать и в роли возможной жертвы и в роли субъекта таких манипуляций. Это — особенно проблемно, потому что дети в любом нормальном обществе — самая уязвимая её часть. Потеря детей — это страшная трагедия любого человека и общества вцелом. Поэтому никогда не разговаривайте с незнакомцами. Ни нам, ни нашим старшим, ни нашим младшим не надо думать, что мы можем оказаться более умными, чем целые психологические институты, которые работают на то, чтобы вовлечь нас в то, что вредно для нас самих. Надо просто заканчивать все эти разговоры. Нам нужно принять эту стратегию как наиболее простую и наиболее действенную. Мы видим, что с нами делают. Работаем для того, чтобы снизить издержки от подобных психологических операций и, возможно, для того, чтобы начать работать также, но уже с нашими противниками. Я надеюсь, что скоро Россия достигнет целей специальной военной операции и эта проблема будет снята. Вцелом, я вижу будущее нашей страны достаточно позитивным, конечно, если мы преодолеем некоторые проблемы текущей ситуации.
Владимирский региональный
межнациональный портал